Валентин Катаев

Стихотворения

Крейсер Письмо «Туман весенний стелется...» У орудия Ночной бой Ранение

КРЕЙСЕР


Цвела над морем даль сиреневая,

А за морем таился мрак,

Стальным винтом пучину вспенивая,

Он тяжко обогнул маяк.

Чернея контурами башенными,

Проплыл, как призрак, над водой,

С бортами, насеро закрашенными.

Стальной. Спокойный. Боевой.

И были сумерки мистическими,

Когда прожектор в темноте

Кругами шарил электрическими

По черно-стеклянной воде.

И длилась ночь, пальбой встревоженная,

Завороженная тоской,

Холодным ветром замороженная

Над гулкой тишью городской.

Цвела наутро даль сиреневая,

Когда вошел в наш сонный порт

Подбитый крейсер, волны вспенивая,

Слегка склонясь на левый борт.

1915

 

ПИСЬМО


Зимой по утренней заре

Я шел с твоим письмом в кармане.

По грудь в морозном серебре

Еловый лес стоял в тумане.

Всходило солнце. За бугром

Порозовело небо, стало

Глубоким, чистым, а кругом

Все очарованно молчало.

Я вынимал письмо. С тоской

Смотрел на милый, ломкий почерк

И видел лоб холодный твой

И детских губ упрямый очерк.

Твой голос весело звенел

Из каждой строчки светлым звоном,

А край небес, как жар, горел

За лесом, вьюгой заметенным.

Я шел в каком-то полусне,

В густых сугробах вязли ноги,

И было странно видеть мне

Обозы, кухни на дороге,

Патрули, пушки, лошадей,

Пни, телефонный шнур на елях,

Землянки, возле них людей

В папахах серых и шинелях.

Мне было странно, что война,

Что каждый миг – возможность смерти,

Когда на свете – ты одна

И милый почерк на конверте.

В лесу, среди простых крестов,

Пехота мерно шла рядами,

На острых кончиках штыков

Мигало солнце огоньками.

Над лесом плыл кадильный дым.

В лесу стоял смолистый запах,

И снег был хрупко-голубым

У старых елей в синих лапах.

1916
Действующая армия

 

* * *


Туман весенний стелется. Над лесом

Поплыл, курясь, прозрачный сизый дым.

И небо стало пепельно-белесым.

Каким-то близким, теплым и родным.

Тоска и грусть. С утра на воздух тянет.

И я иду куда глаза глядят:

В леса, где даль стволы дерев туманит,

На речку снежную, где проруби блестят.

Мечтаю. Думаю. Брожу среди развалин

Разбитого снарядами села.

Повторены зеркалами проталин

Остатки хижин, выжженных дотла.

Стволы берез с оббитыми ветвями.

Меж них – прямые остовы печей.

Зола и мусор серыми буграми

Да груды обгорелых кирпичей.

Орешник, елки, тонкие осины

Сплошь в воробьях. Все утро в голове

Стоит веселый щебет воробьиный

И тонет взор в неяркой синеве.

От ветра жмуришься, слегка сдвигаешь брови.

Снег сходит медленно, и, на земле сырой

Оттаяв, проступают лужи крови,

Следы боев, гремевших здесь зимой.

1916
Действующая армия

 

У ОРУДИЯ


Взлетит зеленой звездочкой ракета

И ярким, лунным светом обольет

Блиндаж, землянку, контуры лафета,

Колеса, щит и, тая, – упадет.

Безлюдье. Тишь. Лишь сонные патрули

Разбудят ночь внезапною стрельбой,

Да им в ответ две-три шальные пули

Со свистом пролетят над головой.

Стою и думаю о ласковом, о милом,

Покинутом на теплых берегах.

Такая тишь, что кровь, струясь по жилам,

Звенит, поет, как музыка в ушах.

Звенит, поет. И чудится так живо:

Звенят сверчки. Ночь. Звезды. Я один.

Росою налита, благоухает нива.

Прозрачный пар встает со дна лощин,

Я счастлив оттого, что путь идет полями,

И я любим, и в небе Млечный Путь,

И нежно пахнут вашими духами

Моя рука, и волосы, и грудь.

1916
Действующая армия

 

НОЧНОЙ БОЙ


В цепи кричат «ура!». Далеко вправо – бой.

Еловый лес пылает, как солома.

Ночная тишь разбужена пальбой,

Раскатистой, как дальний рокот грома.

Ночной пожар зловещий отблеск льет.

И в шуме боя, четкий и печальный,

Стучит, как швейная машинка, пулемет

И строчит саван погребальный.

1916
Действующая армия

 

РАНЕНИЕ


От взрыва пахнет жженым гребнем.

Лежу в крови. К земле приник.

Протяжно за далеким гребнем

Несется стоголосый крик.

Несут. И вдалеке от боя

Уж я предчувствую вдали

Тебя, и небо голубое,

И в тихом море корабли.

1917
Рум[ынский ]фронт

 

 

Вверх